Казахстан стал лидером среди стран Центральной Азии и ЕАЭС по уровню распространения искусственного интеллекта. Согласно рейтингу Global AI Diffusion, подготовленному Microsoft, по итогам первого квартала 2026 года, страна заняла 70-е место среди 147 государств. Доля населения в возрасте от 15 до 64 лет, использующего ИИ-сервисы, достигла 15,9%. Это заметно выше показателей Беларуси, Кыргызстана, России, Узбекистана, Таджикистана и Туркменистана, передает inbusiness.kz
Важно и другое: Казахстан показывает не только высокий для региона уровень проникновения ИИ, но и один из самых быстрых темпов роста. По сравнению со вторым полугодием 2025 года, показатель увеличился на 2,2%. пункта, а численность пользователей ИИ-сервисов выросла на 25,6%. По этому показателю Казахстан вошел в топ-10 стран мира по приросту. О том, почему этот результат важно рассматривать не просто как статистику, а как отражение зрелости цифровой среды, качества государственной политики и готовности экономики к новым технологиям, мы поговорили с Виктором Петтерссоном, CEO SFox and Heimworks, Швейцария.
– Виктор, Казахстан стал лидером среди стран Центральной Азии и ЕАЭС по уровню распространения ИИ. По вашему мнению, что на самом деле показывает этот показатель?
– На мой взгляд, это очень важный сигнал. Распространение ИИ показывает не только то, сколько людей пользуются современными сервисами. Оно также отражает качество цифровой инфраструктуры, доступность технологий, уровень цифровой культуры и готовность общества принимать новые инструменты.
Если 15,9% населения в возрасте от 15 до 64 лет уже взаимодействуют с ИИ-сервисами, это означает, что технология перестает быть чем-то узким и экспериментальным. Она начинает входить в повседневную экономику, образование, государственные услуги и бизнес-процессы.
В этом смысле результат Казахстана выглядит закономерным. Президент Республики Казахстан Касым-Жомарт Токаев последовательно делает акцент на цифровизации, искусственном интеллекте, инфраструктуре данных и развитии человеческого капитала. Такая политическая рамка важна, потому что ИИ не развивается сам по себе. Для этого нужны понятные приоритеты, инвестиции, инфраструктура и доверие со стороны общества.
– Казахстан не только опередил страны региона, но и вошел в топ-10 стран мира по приросту пользователей ИИ-сервисов. Как правильно измерять реальный эффект от искусственного интеллекта?
– Количество пользователей важно, но это только первый уровень оценки. Реальный эффект ИИ нужно измерять через результат. В частном секторе главный показатель заключается в том, насколько больше ценности компания может создавать, по сравнению с прежним уровнем. Может ли бизнес выпускать больше продуктов, быстрее улучшать сервисы, быстрее тестировать решения, оперативнее реагировать на запросы клиентов. Если ИИ помогает делать больше в тот же цикл времени, значит, он работает.
В государственном секторе самый понятный показатель - это удовлетворенность граждан. Стали ли очереди короче? Сократилась ли бюрократия? Получают ли люди услуги быстрее, проще и понятнее? ИИ должен оцениваться не по самому факту внедрения, а по тому, чувствуют ли граждане улучшение.
И здесь подход Казахстана выглядит правильным. Политика страны постепенно смещает цифровизацию от витринных проектов к практическим решениям, которые должны давать измеримый эффект для экономики и для людей.
– Казахстан движется к единой системе государственных данных и data-centric модели. Почему качество данных и совместимость систем так важны для масштабного внедрения ИИ?
– Качество данных и совместимость систем являются фундаментом для масштабируемого ИИ. Искусственный интеллект может быть эффективен только настолько, насколько качественные, структурированные и понятные данные он получает.
Если данные фрагментированы, хранятся в разных форматах и плохо связаны между собой, ИИ-системы становятся ненадежными. Их трудно масштабировать, трудно проверять, трудно использовать в реальных государственных или бизнес-процессах.
Но если данные машиночитаемые, структурированные и соединены между системами, ИИ может автоматизировать процессы, улучшать принятие решений и снижать бюрократическую нагрузку. Для государства это означает более быстрые услуги. Для бизнеса это означает меньше ручной работы и более качественные цифровые продукты.
Поэтому движение Казахстана к data-centric модели можно считать одним из ключевых условий дальнейшего лидерства. Это уже не просто вопрос технологий, а вопрос управленческой зрелости цифрового государства.
– Президент отдельно подчеркивал значение дата-центров, кибербезопасности и надежной цифровой инфраструктуры. Что Казахстану нужно prioritизировать, чтобы стать региональным цифровым и ИИ-хабом?
– Я считаю, что акцент Касым-Жомарта Токаева на инфраструктуре очень важен. Казахстану нужно рассматривать ИИ-инфраструктуру как национальное преимущество. Дата-центры, энергетические мощности, интернет-соединение, доступная территория, кибербезопасность и надежные правила могут стать сильной ценностной основой для страны. Региональный ИИ-хаб невозможен без доверия. А доверие формируется тогда, когда есть инфраструктура, безопасность, понятные институты и долгосрочная стратегия.
Для меня это не теоретический вопрос. Одна из причин, по которым я решил базировать одну из своих компаний здесь, связана именно с направлением Казахстана. Комбинация Alem.ai, Astana Hub, инфраструктурных амбиций и четкого фокуса на искусственный интеллект показывает серьезный подход.
Действия Казахстана выглядят не как реакция на глобальный тренд, а как попытка занять собственную нишу в новой технологической экономике.
– Казахстан расширяет использование цифрового тенге и формирует правовую основу для цифровых активов. Как programmable finance и институциональный контроль могут укрепить доверие к цифровой экономике?
– Казахстан переходит от экспериментов к реальной финансовой инфраструктуре. Цифровой тенге, регулирование цифровых активов и работа с лицензированными участниками рынка создают рамку, в которой инновации могут развиваться с большим уровнем доверия.
Programmable finance может сделать платежи, расчеты, субсидии и другие финансовые процессы более прозрачными и эффективными. Но для этого нужны институциональные механизмы контроля. Цифровые финансы должны быть безопасными, соответствовать требованиям регулирования и быть проверяемыми.
Это особенно важно для стран, которые хотят строить современную цифровую экономику. Без доверия новые финансовые технологии остаются нишевыми. С доверием они становятся частью национальной инфраструктуры.
Именно поэтому направление Казахстана для меня лично интересно. В Heim Protocol мы работаем над блокчейн-инфраструктурой и trust layers для цифровых активов. Казахстанская повестка в этой сфере выглядит актуальной и практически применимой.
Читайте по теме:
Казахстан обозначил будущее энергорынка ЕАЭС на форуме в Астане
