Мир замер в ожидании последствий беспрецедентной операции США по захвату Николаса Мадуро. Но громче всего эхо этих событий отозвалось не в Латинской Америке, а в коридорах власти Тегерана. Для Исламской Республики Иран падение режима в Каракасе стало не только одной лишь потерей важного союзника в Западном полушарии, а серьезным вызовом всей национальной безопасности и влиянию в мировом сообществе, передает inbusiness.kz.
О том, как "кейс Мадуро" анализируют в экспертных кругах и к чему готовиться региону, подробно inbusiness.kz рассказал Кайрат Тюлегенов, доктор PhD, старший преподаватель кафедры Ближнего Востока и Южной Азии КазНУ им. аль-Фараби.
Опасный прецедент: Иран — следующий?
Главный вопрос, который сегодня обсуждают мировые аналитики: станет ли захват Мадуро сигналом к началу аналогичных действий против Ирана? По мнению эксперта, Тегеран воспринимает произошедшее как грубейшее нарушение государственного суверенитета, но не спешит поддаваться панике.
"Безусловно, после резких заявлений Дональда Трампа обеспокоенность иранских элит возросла. Однако преобладает мнение, что венесуэльский сценарий невозможно автоматически перенести на иранскую почву. Различия в масштабе территории, уровне общественной мобилизации и, что важнее, уникальной региональной роли Ирана создают защитный барьер, которого не было у Каракаса", — пояснил Кайрат Тюлегенов.
Вместо страха в иранском дискурсе доминирует ставка на повышенную бдительность и прагматизм. Тегеран по-прежнему оставляет дверь открытой для возможных переговоров с Вашингтоном, понимая, что прямая конфронтация сейчас губительна.
Дипломатический ответ Тегерана
Официальная позиция МИД Ирана, озвученная Исмаилом Багаи, строится на апелляции к Уставу ООН. Тегеран пытается донести до мирового сообщества, что отказ от международных норм ведет к "логике джунглей", где сила важнее права.
Несмотря на координацию действий с Москвой и Пекином, эксперт сомневается в создании полноценной антиамериканской коалиции:
"Ни Тегеран, ни его партнеры не готовы переводить венесуэльский кейс в фазу конфронтации. Скорее всего, ответ Ирана ограничится жесткой риторикой и правовыми демаршами".
Почему "шахеды" не спасли Мадуро?
Многих удивил тот факт, что наличие иранских беспилотников и систем ПВО в Венесуэле не помешало проведению операции США.
Но по мнению Кайрата Тюлегенова, здесь нет технологического провала — есть фактор специфики задач.
Иранские технологии не предназначены для противодействия скрытым спецоперациям. Это не было классическое военное вторжение с использованием армад танков и самолетов. Речь шла о точечной, хирургической операции с высоким фактором внезапности и, вероятно, содействием со стороны внутренних элит Венесуэлы. В таких условиях даже самая современная ПВО оказывается лишь декорацией.
Будущее нефтяных сделок
Венесуэла при Николасе Мадуро была символом иранской устойчивости к санкциям. Однако с приходом к власти Делси Родригес и ее курсом на сближение с США экономическое партнерство с Ираном обречено.
Как утверждает эксперт, большинство энергетических сделок, скорее всего, будут свернуты. Для нового руководства в Каракасе связи с Тегераном становятся "политически токсичными".
Существует реальный риск заморозки иранских активов в Венесуэле. И хотя объемы этих средств не критичны для иранского бюджета, сам факт их потери будет болезненным репутационным ударом.
Внутренний иммунитет Ирана
Может ли падение Мадуро вдохновить иранскую оппозицию? Эксперт дает отрицательный прогноз. Иранское общество исторически очень болезненно реагирует на любое внешнее вмешательство.
По словам Кайрата Тюлегенова, пример силового пленения иностранного лидера силами США воспринимается в Иране не как "освобождение", а как акт агрессии, что скорее консолидирует общество вокруг идеи защиты суверенитета.
Кроме того, после изнурительной войны с Израилем в 2025 году и ударов по ядерным объектам Иран находится в сложной социально-экономической ситуации. У Тегерана сейчас просто нет ресурсов — ни финансовых, ни военных — для реальной поддержки "чавистского" лагеря в Латинской Америке.
Захват Мадуро Иран будет использовать в своей пропаганде как пример государственного терроризма. Однако ожидать эскалации в Ормузском проливе или атак на базы США не стоит. Тегеран продемонстрировал осторожность даже в пиковые моменты войны 2025 года.
"Кейс Мадуро" — это иллюстрация уязвимости средних государств в условиях однополярного давления. Иран выучил этот урок и, скорее всего, сосредоточится на внутреннем выживании и поиске новых каналов диалога с Западом. При этом руководство страны понимает, что старые союзы в Западном полушарии окончательно ушли в историю.
Ранее сообщалось о том, какие скрытые интересы стоят за раскручивающимся информационным противостояниям и открытыми угрозами — США против Ирана: кто и зачем раздувает пламя конфликта.
Читайте по теме:
США берут под контроль продажу венесуэльской нефти
