В Казахстане вновь обсуждают реформу старательства. Представители отрасли предлагают упростить правила получения лицензий, расширить доступные для работы участки и создать условия для развития так называемого старательского туризма. По мнению экспертов, это поможет легализовать часть добычи золота, привлечь малый бизнес и дать новый импульс развитию регионов.
Исполнительный директор ассоциации "Драгмет" Канат Баитов и глава Союза вольных старателей Серик Нургазин считают, что интерес к теме связан сразу с несколькими факторами. В стране сохраняется высокий спрос на добычу драгоценных металлов на небольших участках, которые не представляют интереса для крупных недропользователей. Одновременно современные технологии сделали разработку мелких россыпных месторождений более доступной для предпринимателей. О том, что дало старательство стране и стоит ли на этом развивать туристическую отрасль, inbusiness.kz рассказал эксперт и основатель Aurora Minerals Group Саид Султанов.
– Саид, начнем с того, почему вопрос старательства вновь стал актуальным сейчас?
– Применительно к Казахстану вопрос старательства вновь стал актуальным по нескольким причинам. Во-первых, в стране сохраняется высокий интерес к добыче золота и других драгоценных металлов на участках, которые не представляют интереса для крупных недропользователей.
Во-вторых, развитие технологий сделало старательскую добычу более доступной. Небольшие предприятия и индивидуальные предприниматели способны эффективно разрабатывать мелкие россыпные месторождения без значительных инвестиций, что способствует развитию регионов и созданию рабочих мест.
В-третьих, рост мировых цен на золото повысил экономическую привлекательность такой деятельности.
– Действительно ли устарели нормы, принятые в 2018 году? Если да, то почему?
– Что касается норм, принятых в 2018 году в рамках нового законодательства о недропользовании, нельзя сказать, что они полностью устарели. Напротив, тогда был сделан важный шаг к упрощению доступа к недрам через принцип "первый пришел – первый получил". Однако за несколько лет практического применения выявились определенные проблемы, а именно: процедуры получения прав на старательство все еще воспринимаются многими предпринимателями как достаточно сложные, существуют вопросы по согласованию земельных участков и экологическим требованиям, не всегда обеспечивается баланс между упрощением доступа к недрам и контролем за соблюдением природоохранного законодательства, часть перспективных участков остается вне хозяйственного оборота из-за административных барьеров.
Поэтому сегодня речь идет скорее не об устаревании норм 2018 года, а об их совершенствовании с учетом накопленного опыта. Государство стремится найти баланс между тремя целями: стимулировать добычу полезных ископаемых, увеличить налоговые поступления и одновременно обеспечить экологическую безопасность. Отрасль поднимает вопросы увеличения площади участка с нынешних 5 га до 15 га, расширения допустимой глубины разведочных работ и упрощения административных процедур. Показательно, что лицензии на добычу твердых полезных ископаемых в ряде случаев оформляются быстрее и удобнее, чем лицензии на старательство, хотя именно старательство должно было стать наиболее доступной формой недропользования.
– Что, на Ваш взгляд, дало старательство стране за эти годы: плюсы и минусы?
– К плюсам можно отнести создание легального механизма для мелкой добычи золота, вовлечение населения и малого бизнеса в недропользование, развитие предпринимательства в отдаленных регионах, появление дополнительного инструмента геологического изучения территорий, возможность создания новых рабочих мест.
Однако выявились и серьезные недостатки: высокий порог входа из-за финансовых гарантий, ограниченная площадь участков, сложность административных процедур, недостаточная экономическая привлекательность многих объектов, отсутствие прозрачных каналов реализации добытого металла.
Наиболее показательным индикатором является тот факт, что, по данным, озвучиваемым участниками отрасли, с момента запуска механизма старательства практически ни один грамм золота не был официально сдан старателями на аффинажные предприятия. Это свидетельствует о наличии системных проблем в регулировании рынка.
– Способствовала ли легализация снижению ущерба от нелегальной добычи?
– Частично – да, но ожидаемого эффекта достичь не удалось. Сама идея была правильной: предоставить людям законный механизм добычи золота вместо нелегальной деятельности. Однако, если легальная работа оказывается сложнее, дороже и менее выгодной, чем нелегальная, часть участников продолжает работать в серой зоне.
Поэтому сегодня можно говорить, что легализация создала основу для борьбы с нелегальной добычей, но сама по себе проблему полностью не решила. Для этого необходимо сделать законный режим экономически более привлекательным.
– Не возникнет ли конфликт между старателями и компаниями, у которых уже есть лицензии?
– Риски существуют, но они управляемы. Конфликты могут возникать при наложении интересов на перспективные участки или при нечетком разграничении прав недропользователей. Однако законодательство уже предусматривает механизмы распределения участков.
На практике старатели обычно работают на небольших объектах, остаточных россыпях или участках, не представляющих интереса для крупных компаний. Поэтому при грамотном планировании конфликт интересов можно минимизировать. Более того, в ряде стран старатели и крупные недропользователи успешно сосуществуют в рамках единой системы освоения ресурсов.
– Достаточно ли в Казахстане участков для маломасштабного старательства?
– Точных актуальных цифр по потенциальным старательским участкам в открытом доступе немного, однако специалисты отмечают, что Казахстан обладает значительным потенциалом. Особенно перспективны: россыпные месторождения золота, участки с небольшими запасами, неинтересные крупным инвесторам. Именно поэтому отрасль предлагает увеличить площадь старательских участков с 5 до 15 га – существующие ограничения часто не позволяют эффективно осваивать объект.
– Как, на Ваш взгляд, может выглядеть старательский туризм в Казахстане?
– Это может быть комбинация нескольких форматов: промывка золотоносных песков под руководством инструкторов, посещение исторических приисков, экскурсии на действующие объекты, геологические туры, образовательные программы для школьников и студентов, семейный и приключенческий туризм.
Казахстан вполне способен создать собственный аналог популярных золотодобывающих туристических маршрутов, существующих в ряде стран.
– На кого рассчитан такой туризм?
Потенциальная аудитория достаточно широкая: внутренние туристы; семьи с детьми; любители активного отдыха; студенты геологических и горных специальностей; иностранные туристы; поклонники индустриального и исторического туризма.
Особенно востребованным такой продукт может стать среди людей, которых привлекает романтика поиска золота.
– Как может выглядеть такой тур на практике?
Наиболее вероятный формат: прибытие на объект, инструктаж по технике безопасности, ознакомление с историей месторождения, практическое обучение промывке золотоносного материала, самостоятельный поиск и промывка и, наконец, демонстрация найденного золота.
Вопрос передачи найденного золота туристу потребует отдельного правового регулирования.
– Какие регионы наиболее перспективны?
– Наиболее логичными выглядят регионы с историей золотодобычи: Акмолинская, Абайская, Восточно-Казахстанская, Карагандинская и Павлодарская области. Особый интерес могут представлять территории вокруг старых золотодобывающих центров и исторических приисков.
– Не превратится ли старательский туризм в хаотичное копание земли?
–Такой риск действительно существует. Но он возникает только при отсутствии регулирования. Если деятельность будет организована через лицензированных операторов, с выделенными площадками, экологическими требованиями и обязательным сопровождением инструкторов, негативное воздействие можно свести к минимуму. По сути, речь должна идти не о свободной добыче, а об организованном туристическом продукте.
– Может ли такой туризм повысить интерес к профессиям геолога, горного инженера и эколога?
– Безусловно. Казахстан сталкивается с дефицитом кадров в геологической отрасли. Возможность увидеть реальные процессы поиска полезных ископаемых может повысить интерес молодежи к профессиям: геолога, маркшейдера, горного инженера, обогатителя, эколога, гидрогеолога. Такой формат способен выполнять не только туристическую, но и профориентационную функцию.
– Не закончится ли романтика золотой лихорадки мусором, конфликтами и разрушенной природой?
– Такой сценарий возможен при отсутствии контроля. Однако проблема заключается не в самом старательстве, а в качестве регулирования. Если будут работать понятные правила, система экологической ответственности, механизмы рекультивации и надзор, негативные последствия можно ограничить.
В то же время действующая система финансового обеспечения ликвидации последствий сегодня многими участниками рынка считается чрезмерно обременительной. Поэтому задача государства — найти баланс между экологической ответственностью и экономической доступностью старательства.
– Кто в итоге выиграет?
– При правильной настройке законодательства выиграть могут все стороны. Граждане получают возможность легально заниматься старательством и предпринимательством. Регионы – новые рабочие места, развитие малого бизнеса и дополнительный туристический поток. Государство получает легализацию оборота золота, налоговые поступления и снижение объемов незаконной добычи. Бизнес получает новые возможности для инвестиций в малые проекты и туристические сервисы.
Но для этого необходимо устранить барьеры, которые сегодня называют сами старатели: снизить финансовую нагрузку по обеспечению ликвидации, расширить доступные площади участков, упростить процедуры лицензирования и создать прозрачный официальный рынок сбыта золота. Пока же ситуация выглядит парадоксально: государство создало легальный механизм старательства, но условия работы во многих случаях остаются настолько сложными, что часть участников предпочитает неофициальные каналы реализации металла. Именно решение этой проблемы во многом определит, станет ли старательство успешной отраслью или останется нишевым экспериментом.
Читайте по теме:
Артель старателей в ВКО оштрафовали на 1 млн тенге
