В последние несколько лет в Казахстане на слуху программа льготного финансирования строительства молочно-товарных ферм. Проект, апробированный в хозяйствах Северо-Казахстанской области, сегодня тиражируется на всю страну и считается показателем успеха в отечественном животноводстве. Однако позитивные показатели, отображающие рост числа молочных ферм, не особенно влияют на цены на говядину. Что справедливо, учитывая, что мясное направление, по сути, отдельная подотрасль. И она на деле остается в тени, поделился своими мыслями с корреспондентом inbusiness.kz доктор сельскохозяйственных наук, профессор Виктор Сиволап.
Ученый в первую очередь указывает в сторону простых экономических закономерностей, согласно которым цена на говядину, как и на любой другой продукт, определяется спросом и предложением.
"Если динамика внутреннего и внешнего спроса на говядину является темой отдельного обсуждения, то предложение в 2023 году за счет внутреннего производства составило 399,3 тыс. тонн в убойном весе, что на 102 тыс. тонн меньше, чем в 2019 году. Такое снижение производства почти всех видов животноводческой продукции в какой-то мере связано с оптимизацией статистических данных. Если объяснять это явление простым языком, то можно сказать что они были, мягко говоря, не корректны, поэтому их привели к более достоверным величинам. Как известно из основ менеджмента, искаженная информация является причиной неправильных управленческих решений", – указывает профессор.
Но одной оптимизацией все, конечно, не объяснить. Здесь, отмечает Виктор Сиволап, нужно отталкиваться от понимания, что подавляющую часть высококачественной говядины получают от убоя откормленного молодняка. Следовательно, чем больше будет поголовья на откорме, тем больше будет и мяса. Но анализ показателей по воспроизводству стад КРС, уверен ученый, свидетельствует о низком выходе телят.
"Так, согласно последним данным, за прошлый год во всех категориях хозяйств получено 2,83 млн телят от поголовья коров в 4,47 млн. В расчете на 100 коров выход телят составил 63,4 головы. Однако такой расчет будет искажать истинную картину состояния воспроизводства в стадах КРС, так как в общее количество полученного молодняка входят и телята, полученные от нетелей. Следовательно, количество телят, полученное от коров, будет еще меньше, а показателя полученных телят от нетелей нет в доступной статистической информации. Кроме того, отсутствует отдельная информация о количестве полученных телят в стадах мясного и молочного направления продуктивности. Как правило, в мясном скотоводстве выход телят несколько больше. Исходя из этого, можно предположить, что в стадах молочного направления продуктивности репродуктивные показатели значительно ниже, а это и снижает общие объемы производства говядины", – объясняет В. Сиволап.
Этот пример наглядно показывает, что на объективность статистики влияют не только недостоверные учетные данные, но и сама методика подхода. Важно, чтобы показатели мясного и молочного скотоводства были разделены, а не давались совместно. Конечно, корова есть корова, но технология ведения, определяющая величину тех или иных показателей, в данных направлениях существенно разнятся.
"Официальным статистическим показателем эффективности процесса воспроизводства в стадах КРС остается выход телят на 100 маток. Его величина свидетельствует о том, что по стадам молочного и мясного направления продуктивность выхода телят на 100 маток в целом по стране снизилась с 74 голов в 2019 году до 64 голов в 2025 году, тогда как поголовье коров за этот период увеличилось на 701 тыс.", – подчеркивает профессор.
И тут же обращает внимание: самый низкий показатель по получению телят отмечен в сельхозпредприятиях. В период 2023-2024 годов там на 100 маток получали лишь 49-50 телят. Это значит, что половина коров в стадах не приносила в год по теленку.
"В какой-то мере проблема получения телят обусловлена генетически, так как, например, для голштинской породы считается нормой выход 70-72 голов телят от 100 маток в год, а большинство молочных стад и укомплектовано именно этой породой. Что касается пород мясного направления продуктивности, то при показателе ниже 85 голов возникают проблемы с экономической целесообразностью этого вида бизнеса. В этом случае валовые затраты на маточное стадо превышают доход от реализации откормочного поголовья из-за содержания большого количества яловых коров", – говорит Виктор Сиволап.
А низкий выход молодняка не только приводит к недополучению определенного объема говядины, но и не позволяет организовать расширенное воспроизводство молочных и мясных стад. Вынуждает для этого продолжать закупать племенной молодняк за границей, а не комплектовать из тех хозяйств, которые и создавались ранее как племенные репродукторы.
"Если объяснять создавшуюся ситуацию с научной точки зрения, то известно, что между молочной продуктивностью и выходом телят на 100 маток существует прямая корреляционная связь. То есть с уменьшением выхода телят на 100 маток уменьшается молочная продуктивность. Коэффициент корреляции довольно высок и равен 0,70. Исходя из этого, на предприятиях, в которых молочная продуктивность увеличивается в отчетном году по сравнению с базисным, в большинстве случаев выход телят на 100 маток увеличивается. Параллельно с повышением молочной продуктивности в целом по стаду увеличивается выход телят на 100 маток и реализация молока на 1 корову. В какой-то степени этой закономерностью можно объяснить то, что в январе-декабре 2025 года средний надой молока на одну дойную корову во всех категориях хозяйств уменьшился на 3,5% по сравнению с 2024 годом, а в сельхозформированиях – на 4,1%", – говорит профессор.
Следовательно, для того чтобы поддерживать высокий уровень молочной продуктивности, необходимо существенным образом улучшить работу по воспроизводству стада и при распределении средств государственной поддержки учитывать этот показатель. Другим важным технологическим приемом, позволяющим увеличить производство говядины, является повышение живой массы молодняка, отправляемого на убой.
"Согласно статистике, за период 2020-2024 годов этот показатель не имел положительной динамики и оставался на уровне 338-340 кг, что свидетельствуют о недостаточно эффективной технологии откорма молодняка КРС. Доведение предубойной массы хотя бы до 400 кг позволило дополнительно получать почти 80 тыс. тонн говядины в живом весе. Необходимо проанализировать деятельность откормочных площадок и устранить все технологические и организационные недоработки, а также разработать более действенные мотивационные меры, направленные на повышение убойной массы скота", – поясняет эксперт.
Виктор Сиволап уверен, что низкие показатели производства говядины в расчете на одну корову в ЛПХ и крестьянских хозяйствах свидетельствуют о необходимости увеличения мясной продуктивности КРС именно в них. Доведение результатов хотя бы до уровня сельхозпредприятий позволит увеличить производство говядины в разы. Это и есть неиспользованный резерв. Реализовать его, считает профессор, можно через кооперацию всех производителей говядины, которая, в свою очередь, может принимать различные формы. Это и обеспечение подворий кормами и ветеринарным обслуживанием на договорных взаимовыгодных условиях, и установление минимальных гарантированных цен на молодняк, и оказание услуг по убою скота, и предоставление самостоятельности в выборе каналов продажи молодняка после откорма.
Напомним, в правительстве ранее одобрили проект Комплексного плана развития животноводства на 2026-2030 годы. Реализация документа, по мнению разработчиков, предполагает увеличение численности поголовья крупного рогатого скота с 7,9 млн до 12 млн голов и мелкого – с 20,2 млн до 28 млн голов. Также ожидается рост производства мяса с 1,2 млн до 1,8 млн тонн и двукратное увеличение его экспорта с 82 тыс. до 165 тыс. тонн.
Читайте по теме:
Мясо и колбасы в Казахстане: что подорожало на 6% и больше
