В феврале 2015 года вышел приказ министра национальной экономики РК, согласно которому фермеры обязаны реализовывать картофель через товарные биржи, если объем партии превышает 60 тонн. Но все это время данная норма носила формальный характер. В последние два года контроль за реализацией биржевых товаров усилился, фермеров начали привлекать к административной ответственности и штрафовать. Это превратило проблему из бюрократической формальности в прямой финансовый риск. Что конкретно не устраивает сельхозпроизводителей в работе товарной биржи, разбирался inbusiness.kz.
Не хочешь – заставим
Причина того, что приказ долгие годы не исполнялся и потом о нем вспомнили, на поверхности. Согласно статданным, в 2024 году цена на второй хлеб на рынках соседних стран подросла, и казахстанские фермеры значительно увеличил его экспорт. За 2024 год из Казахстана было вывезено 564 тыс. тонн картофеля, что на 37% больше, чем в 2023 году. Этот показатель стал рекордным за последние 10 лет. После большого оттока своих запасов стало не хватать. В январе 2025 года в правительстве приняли решение ограничить вывоз картофеля из страны до конца июня. И тут вспомнили про приказ № 142 от 26 февраля 2015 года.
В августе прошлого года прокуратура Карагандинской области всерьез взялась за проверку выполнения министерского распоряжения. Было привлечено к ответственности 12 сельхозпроизводителей. В отношении них составлено 69 протоколов об административных правонарушениях по ч. 3 ст. 268 КоАП, общая сумма штрафов составила 14,7 млн тенге.
"Принятые меры направлены на развитие конкуренции, а также обеспечение прозрачности и понятности формирования цен на биржевых рынках", – резюмировали прокуроры.
На штрафные санкции в прошлом году напоролось и ТОО "Астык-Stem" из СКО. По словам учредителя Сергея Звольского, в прошлом году предприятие наказали за реализацию более 60 тонн не через биржу, штраф составил около 3 млн тенге.
"Незнание закона не освобождает от его исполнения, я это понимаю. Теперь мы не допускаем "перевеса". На мой взгляд, биржа должна содействовать в реализации товара А тут получается "обязаловка". Появляется лишний посредник между производителем и покупателем. Перекладывать процент, который мы должны отдать бирже, на покупателя, считаю неправильным", – отмечает предприниматель.
По его словам, биржа хороша в том случае, если она содействует в поиске покупателя с хорошей ценой, оказывает помощь в доставке, тогда и услуги эти не жалко оплатить.
"Мне кажется, что данный инструмент нам сегодня не нужен. А если учесть, что товар у нас скоропортящийся, любые бюрократические проволочки играют не в пользу цены и качества", – считает Сергей Звольский.
Идея – благая, реальность – жестче
Задумка выглядела почти образцово: прозрачность торговли, честная конкуренция, рыночное ценообразование, борьба со спекуляцией. Звучит красиво. Но в реальной жизни сельского хозяйства все оказалось куда прозаичнее. Фермера обязали продавать определенный объем продукции через биржевые механизмы. Формально – ради прозрачности.
Фактически – без учета того, как работает сам аграрный сектор. Картофелевод – это не трейдер с ноутбуком и быстрым Интернетом, а человек, который живет в ритме погоды, поливов, уборочной кампании и кредитных обязательств. Его главный актив – земля, техника и сезон, который нельзя повторить. А биржа живет по другим законам.
Как отмечают в партии Respublica, которая и подняла данную тему, на практике это требование оказалось чрезмерным для большинства сельхозпроизводителей, поскольку: картофель является скоропортящимся продуктом; большинство фермеров не имеют современных овощехранилищ; участие в биржевых торгах требует регистрации, оплаты комиссий и соблюдения сложных процедур; установленный порог в 60 тонн слишком низкий и распространяется практически на всех производителей. В результате фермеры вынуждены срочно продавать урожай посредникам по заниженной цене, чтобы избежать порчи продукции.
Биржевая цена против реальной себестоимости
Себестоимость картофеля – это не только семена и удобрения. Это топливо, аренда земли, зарплата рабочим, хранение, логистика, проценты по кредитам. В условиях роста цен на ГСМ и технику маржа фермера и так тонка, как кожура молодого клубня. А тут еще административные штрафы за продажу вне биржи. Одно хозяйство в среднем теряет от 2 млн до 5 млн тенге в год, а по отрасли потери доходят до 50% дохода. Под угрозой – само существование картофелеводства.
Как отмечает фермер из СКО Андрей Стрелец, биржа – это механизм для улучшения торговли.
"А у нас это механизм подсчета и отслеживаемости товара. Без страховки и гарантий на скоропортящийся продукт работать в условиях биржи нельзя. Для подсчета товара уже имеется и статистика, и отчетность в отделах сельского хозяйства. Наконец, имеется пограничная служба, отслеживающая экспорт. Механизм биржи в отношении скоропортящегося товара не отработан. Так что это, скорее, филькина грамота", – считает предприниматель.
По мнению руководителя карагандинского ТОО "Баймырза-Агро 2018" Максима Букаемского, основная сложность обязательной реализации продовольственного (столового) картофеля через товарную биржу в объемах свыше 60 тонн заключается в том, что данный механизм существенно усложняет для фермера сам процесс сбыта массовой сезонной продукции с ограниченным сроком хранения.
"В условиях уборочной кампании фермеру необходимо быстро реализовывать товар для высвобождения складских мощностей и обеспечения оборотных средств, однако биржевая процедура требует обязательного привлечения брокера, регистрации сделки, соблюдения формальных торговых процедур и ожидания результатов торгов. Это увеличивает сроки реализации, создает дополнительные транзакционные издержки в виде брокерских комиссий и организационных расходов, а также ограничивает возможность оперативно реагировать на рыночный спрос. Кроме того, фермер лишается возможности напрямую работать с оптовыми покупателями (торговыми сетями, рынками, социально-предпринимательскими корпорациями), что особенно критично в периоды ценовой волатильности, когда скорость принятия решений определяет уровень доходности. В результате возникают кассовые разрывы, увеличиваются риски порчи продукции при задержках реализации, а сама процедура реализации становится менее предсказуемой и более затратной", – считает директор предприятия.
Кроме того, при производстве технического и семенного картофеля биржевые сделки на практике становятся практически невозможными, особенно в условиях контрактного выращивания под конкретного переработчика или заказчика.
"Такая продукция производится по заранее согласованным параметрам и под конкретные обязательства сторон, тогда как биржевая модель предполагает обезличенную реализацию товара без учета его целевого назначения. Введение обязательной биржевой продажи в данном сегменте фактически блокирует исполнение прямых контрактов, нарушает выстроенные производственно-сбытовые цепочки и делает экономически нецелесообразным контрактное производство", – делает вывод фермер.
Сегодня картофелеводство является одной из ключевых отраслей сельского хозяйства Казахстана. В стране зарегистрировано около 77 тыс. хозяйств, выращивающих картофель; в отрасли занято более 80 тыс. человек; совокупные налоговые отчисления составили 128,6 млрд тенге за последние три года, приводит цифры Respublica.
Парадокс регулирования
Постановление приняли, а вот разъяснить механизм работы, никто не удосужился.
"Я так понимаю, что для работы на бирже нам потребуются брокеры, юристы, т. е. дополнительная финансовая нагрузка на наш продукт. И при этом нас просят удерживать цену: на ярмарке не выше 80 тенге, до Нового года не выше 140 тенге и т. д. И, если мы выходим за эти рамки, находятся рычаги давления: налоговая, финансовая проверки. Есть еще меморандумы с СПК, где цена фиксированная. Мы же не золотом торгуем, а картофелем", – говорит руководитель ПК "Жанат" Максим Бакин из Карагандинской области.
Самое ироничное в этой истории то, что регулирование, призванное стабилизировать рынок, способно привести к обратному эффекту. Когда фермеру становится невыгодно выращивать картофель, он сокращает площади, или уходит в другую культуру, или вовсе сворачивает бизнес. Через пару сезонов это отражается на объеме предложения. А дальше – дефицит и рост цен.
Получается замкнутый круг: стремление "управлять" ценой сегодня создает нестабильность на завтра. Надо понимать, что картофель не просто товар, за каждым гектаром стоят семьи, кредиты, десятки сезонных рабочих мест в регионах. В северных и восточных областях Казахстана картофелеводство – важная часть местной экономики. Аграрный сектор не терпит директивных решений без учета реальности.
Что дальше?
Никто не спорит с необходимостью прозрачности и борьбы со спекуляцией. Но механизмы должны учитывать специфику отрасли. Возможно, стоит пересмотреть обязательные объемы, расширить альтернативные каналы сбыта, предусмотреть защитные меры для малых и средних хозяйств.
Представители отрасли предлагают следующие решения: увеличить порог обязательной биржевой продажи с 60 до 500 тонн, предусмотреть исключения для отдельных категорий продукции либо перевести участие в биржевых торгах в добровольный формат. По их мнению, это позволит снизить административную нагрузку и повысить устойчивость фермерских хозяйств.
Рынок можно регулировать по-разному. Можно закручивать гайки, а можно создавать условия, при которых фермеру выгодно производить, а потребителю покупать по разумной цене.
Читайте по теме:
Китай завалил Казахстан картофелем
