Инициатива президента Касым-Жомарта Токаева закрепить в Конституции норму о проведении внеочередных президентских выборов в течение двух месяцев в случае досрочного прекращения полномочий главы государства стала попыткой заранее закрыть один из самых уязвимых сценариев для политической системы. Об этом говорят опрошенные inbusiness.kz политологи, подчеркивая, что речь идет не о персоналиях, а о снижении рисков и устранении пространства для манипуляций.
Предложенный двухмесячный срок, по мнению экспертов, должен поставить точку в дискуссиях о затяжных "переходных периодах", которые в прошлом могли растягиваться на годы. Четкий дедлайн, считают аналитики, минимизирует угрозу вакуума власти и повышает предсказуемость для общества, экономики и элит.
Страховка от вакуума, а не сигнал к уходу
В экспертном сообществе ожидаемо возник вопрос: означает ли новая норма подготовку к скорому уходу действующего президента. Политологи отвечают на него однозначно — нет. Речь идет о превентивной настройке системы, а не о тайном графике транзита.
Политолог Замир Каражанов отмечает, что в мировой практике ускоренные выборы в экстренных ситуациях являются стандартным инструментом защиты стабильности. По его словам, полгода или год неопределенности — это риск для безопасности и экономики, тогда как два месяца мобилизуют государственные институты и не оставляют места для закулисных игр.
Эксперт Центра этномедиации ИПЭИ Рустем Бектрумов добавляет, что прежние нормы допускали передачу власти на неопределенный срок, что подрывало принцип народного волеизъявления. Новая модель, напротив, делает систему более прозрачной и легитимной, так как любой глава государства должен приходить к власти исключительно через выборы.
Шорт-лист преемников и как дисциплинировать элиты
На фоне обсуждаемой конституционной реформы и возможного появления новых институтов — поста вице-президента и Народного совета — Ашимбаев выделяет условный шорт-лист наиболее вероятных фигур в обновленной системе. В него входят Маулен Ашимбаев, Ерлан Кошанов и Ерлан Карин. По оценке политолога, вероятность того, что ключевые роли будут распределены именно между ними, составляет около 80 процентов.
При этом эксперт подчеркивает, что архитектура реформы остается подвижной. В разных конфигурациях Ерлан Карин может рассматриваться как кандидат на пост вице-президента, Маулен Ашимбаев — на роль председателя Народного совета, а Ерлан Кошанов — как один из ключевых центров парламентского влияния. Окончательный список, однако, может расшириться ближе к завершению реформы.
Эксперты сходятся в одном: сначала власть формирует "правила игры", и лишь затем может встать вопрос о новых выборах, которые станут финальным аккордом трансформации. Закрепление жестких сроков внеочередных выборов, по их мнению, дает три ключевых эффекта: снижает риски политического кризиса, повышает предсказуемость и гарантирует легитимность власти через прямое волеизъявление. В итоге система выстраивается так, чтобы работать устойчиво независимо от конкретных имен, опираясь на четко прописанный закон, а не на политические договоренности.
Отдельный пласт дискуссии связан с институтом преемственности. Политолог Данияр Ашимбаев обращает внимание, что разговоры о наследнике в Казахстане традиционно запускают внутреннюю конкуренцию элит и могут дестабилизировать систему задолго до реального транзита.
В этом контексте эксперт предлагает пересмотреть норму об одном семилетнем сроке без права переизбрания, инициированную самим Токаевым. Даже если действующий президент не планирует идти на второй срок, сама возможность переизбрания, по мнению Ашимбаева, могла бы дисциплинировать элиты и снизить градус преждевременных спекуляций о "наследниках".
Читайте по теме:
Вице-президент появится в Казахстане
Токаев: в Казахстане надо законодательно укрепить институт брака
В Казахстане предложили декриминализировать уголовную статью для журналистов
