На фоне глобальной экономической турбулентности Казахстан стремится закрепить за собой статус стабильной и привлекательной юрисдикции для инвестиций. Однако, по словам Рустама Журсунова, за этим образом скрывается ряд системных вызовов: от сырьевой зависимости и снижения реинвестиций до высокой роли государства в экономике и слабой предсказуемости правил игры. В интервью Диасу Еркинову обсудили ключевые факторы, влияющие на инвестиционный климат страны, и возможные направления его перезагрузки.
– Рустам Манарбекович, добрый день! Сегодня мы хотим обсудить Ваш доклад, представленный на совещании партии AMANAT, "Сильный бизнес – стабильный Казахстан". В нем Вы назвали Казахстан "надежной опорой" и "тихой гаванью" для капитала. Почему?
– Если посмотреть на текущие глобальные реалии – это рост протекционизма, геополитические конфликты, разрушение глобальных цепочек поставок и ослабление глобализации. Не зря глава государства отметил, что мы находимся в новых реалиях, где конфликты, торговые войны перенаправляют различные инвестиционные потоки. И в этой связи принятие новой Конституции – это важный сигнал: Казахстан демонстрирует стабильность и предсказуемость. Наша многовекторная политика показывает, что у нас есть достаточно серьезное окно возможностей. В этом контексте Казахстан может позиционировать себя как "тихая гавань" для капитала.
– При этом Вы выделяете ряд вызовов: конкуренция за инвестиции, сырьевая зависимость, высокая роль государства и слабая предсказуемость правил игры для бизнеса. Почему?
– Казахстан не изолирован – в регионе идет активная борьба за инвестиции. В Центральной Азии проживает порядка 80 млн человек. Мы видим, как активно используют свои возможности наши соседи: Узбекистан, Кыргызстан, Азербайджан. Понятно, что более 60% инвестиций идет в Казахстан, но, несмотря на лидерство, нельзя останавливаться. Ведь структура экономики остается сырьевой, что делает ее уязвимой. Ситуация конца прошлого года наглядно показывает (приостановка КТК и сокращение добычи на ТШО)
Отдельно я хотел бы отметить вопросы производительности труда. Они напрямую связаны с участием государства в экономике. Соответственно, конкуренции меньше, из-за этого производительности труда меньше. Соответственно, наша экономика не настолько конкурентоспособна с экономиками тех же центральноазиатских стран. Например, по итогам прошлого года рост ВВП составил 6,5%. Но производительность труда выросла всего на 5%. В горнодобывающей отрасли производительность труда в 2 раза выше, чем в обрабатывающей, и почти в 12 раз выше, чем в сельском хозяйстве. И это достаточно серьезные вызовы. Доля участия экономики негативно влияет на конкуренцию во внутреннем рынке.
– Где граница роли государства?
– Универсального ответа нет. Здесь необходимо смотреть на структуру экономики. Нам необходимо понять, какой Казахстан мы строим? Госкапитализм? Либеральный, как в США? Я полагаю, что у Казахстана должна быть своя модель и свой путь. И понятно, что он не может быть в срезе "здесь и сейчас". Его надо смотреть в динамике. Например, мы говорим, что нам необходима концепция управления государственными активами. На первом этапе мы должны определиться со стратегическими отраслями, такими как: магистральный транспорт, трубопроводный, магистральные ж/д пути, ключевые объекты инфраструктуры. Они должны быть государственными. Везде, где работает частный бизнес, государство должно выходить. К примеру, я смотрел предвыборную кампанию в Аргентине. Там они говорят, что все убыточные предприятия должны подлежать приватизации либо ликвидации. Конечно, в нашем случае, еще раз подчеркну, универсальной "пилюли" нет, надо смотреть на структуру экономики. Но то, что участие государства в экономике очень высоко, – это очевидно. Соответственно, государство должно сохранять контроль в стратегических отраслях, но выходить там, где может эффективно работать частный бизнес.
– А что в таком случае с инвестициями? В своем докладе Вы отмечаете тревожный сигнал.
– По итогам прошлого года инвестиции составили порядка $20 млрд. Инвестиции в основной капитал выросли на 13%, достигнув 22,7 трлн тенге. Однако при детальном анализе видны тревожные сигналы:
1. Доля инвестиций в основной капитал к ВВП снизилась с 18% в 2019 году до 14%. Эпоха масштабного строительства в нефтегазовой сфере завершена, а новый инвестиционный цикл еще не запущен.
2. Госинвестиции выдавливают частный капитал – их доля выросла с 11% до 23%.
3. Доля малого бизнеса в инвестициях выросла до 58%. Мы относимся к этим цифрам достаточно скептически – ведь малый бизнес не строит заводы. Инвестиции со стороны средних и крупных игроков замедляются.
Отдельно хотелось бы остановиться на реинвестициях. Потому что в мире этот показатель составляет в среднем 51%. У нас динамика критическая: доля реинвестиций прибыли с 47% (2010 г.) упала до 35% (2015 г.) и до 20% в 2025 году. Это маркер, верит в будущее или нет. Соответственно, если вы реинвестируете только 1/5 часть, это сигнал, что бизнес зарабатывает, но не хочет вкладывать здесь и сейчас.
– Что это говорит в целом об инвестклимате в Казахстане? Почему важны реинвестиции?
– На совещании партии АMANAT Вы сообщили, что реинвестиции частного бизнеса в Казахстане за последние 15 лет снизились с 47% до 20%. Т. е. бизнесмены не готовы вкладываться вдолгую из-за нестабильных условий. Не связываете ли Вы это с обвинениями и предложениями о национализации предприятий, которые звучат даже с высоких трибун?
– Деньги любят тишину. И эти зачастую популистские высказывания действительно разрушают инвестиционный климат. Давайте вспомним, что такое инвестиционный климат. Это некий дом.
Почему-то, когда у нас говорят об инвестклимате, начинают со льгот и преференций. Но это самое последнее. Однако это финальный штрих при принятии инвестиционного решения.
1. Институциональный фундамент (базис). Первоначальный вопрос, на который необходимо ответить: можно ли вообще безопасно инвестировать в данную юрисдикцию? Сюда относятся защита собственности, независимый суд, предсказуемость правил. Без этих условий любые экономические стимулы теряют какой-либо смысл.
2. Роль государства и качество регулирования. Второй вопрос – не вытеснит ли государство частный бизнес? Здесь учитываются: доля участия государства в экономике, дружелюбность регулирования по отношению к бизнесу.
3. Конкуренция и рынки сбыта. Можно ли войти на рынок и конкурировать? Это антимонопольная политика, конкуренция, доступ к рынкам сбыта.
4. Макроэкономическая среда. Можно ли планировать и финансировать проект? Сюда относятся: инфляция, стабильная налоговая система, доступ к финансам.
5. Доступ к факторам производства. Как реализовать проект?
Это земля, инфраструктура и логистика, кадры.
6. Меры господдержки (вершина). Какие есть дополнительные стимулы? Это налоговые льготы, субсидии, льготное финансирование (только после обеспечения базиса).
Поэтому, когда мы строим дом под названием "Инвестиционный климат", нам необходимо начинать с фундамента.
Для привлечения новых игроков мы открываем инвестиционные "оазисы" (МФЦА, ОЭЗ, Alatau city), и это абсолютно правильно. Но вместе с тем, наверное, нужно задаться вопросом о том, как состоят дела в других регионах и для действующих игроков. Почему бизнес идет в МФЦА? Потому что там английское право. В Alatau city, я думаю, будет аналогично. Соответственно, не наступит ли такой момент, когда бизнес будет тотально мигрировать в эти "анклавы"? Соответственно, мы говорим, что общие правила нужно подтягивать под высокие стандарты.
Поэтому здесь необходимо отметить еще один момент. Мы приняли новую Конституцию РК. Теперь вносятся изменения в конституционный закон. Следующим шагом необходимо посмотреть на весь массив законодательства и привести его в соответствие с новой Конституцией РК. Что является для бизнеса экономической Конституцией? Гражданский кодекс.
– Вы, кстати, отмечаете в докладе, что, по сути, Казахстан "застрял в модели 90-х". Какие нормы Гражданского кодекса сегодня прямо тормозят инвестиции? Что важнее для инвестора: новый кодекс или практика его применения?
– Наверное, лучше начать с другого. Ассоциация инвесторов Казахстана систематически проводит опросы. Мы провели опрос 109 крупных компаний страны.
● 46% респондентов фиксируют стагнацию или спад в своей отрасли.
● 54% оценивают инвестиционный климат как сдерживающий или неблагоприятный.
● 52% считают законодательство нестабильным и непредсказуемым.
● 50% отмечают негативный эффект от уровня участия государства в экономике.
● 78% компаний отмечают низкий доступ к банковскому финансированию.
Это точка, от которой нужно выстраивать наш разговор. Когда мы говорим о правилах игры, об инвестиционном климате, мы должны понять о защите собственности. Гражданский кодекс РК принят в 1994 году, в его основе – модельный Гражданский кодекс стран СНГ 1992 года, который был компромиссом советских устоев и перехода к рыночной экономике. Мы застряли в этом компромиссе на 35 лет. Его модернизацию провели многие страны постсоветского пространства. Россия, Украина, Молдова, Армения, Грузия, Кыргызстан провели масштабную модернизацию гражданского права. Узбекистан завершает эту работу. Мы не сможем построить локомотив рыночной экономики на базе советских рельсов. Поэтому этому нужно придать серьезное внимание.
Меня спрашивают: "Рустам, что для тебя защита частной собственности? Она же у нас защищена". Я говорю: "Нужно посмотреть на сроки исковой давности. У нас они зачастую отмеряются тремя годами с момента, когда человек либо государственный орган должен был обнаружить, что его права нарушены". И есть множество примеров, когда госорган говорит: "Я только сейчас обнаружил, что приватизация произошла неправильно". Поэтому мы говорим, что такие лазейки необходимо исключить. Надо сказать, что "да, 3 года с момента выявления нарушения, но не более 10 лет с момента приватизации". Без исключения. И тогда у нас будет стабильный и надежный инвестклимат.
Есть понятие – добросовестный приобретатель. Когда вы купили (товар/услуги/собственность. – Прим. ред.) у продавца и полагали, что это законно. А то, что продавец приобрел незаконно, – это не ваши проблемы. Поэтому закон добросовестного приобретателя необходимо усилить. Те же истории с землей. Вы купили землю, когда ее продали 5-6 раз, а лишаетесь имущества зачастую вы.
Поэтому мы говорим о понятных и конкретных вещах.
Также не должно распространяться ретроспективное законодательство, ухудшающее положение бизнеса. Это основа основ.
Незыблемость контрактов – контракт, подписанный с государством, должен исполняться. Поэтому здесь необходимо уделить внимание альтернативным источникам. Перевести в арбитраж споры по тем же закупкам и хозяйственные споры.
– Хотелось бы обсудить еще одну мысль, которую вы приводите в докладе. То, что рост ВВП не равен качеству экономики.
– На расширенном заседании правительства глава государства отметил, что сам по себе рост экономики – не показатель. Он должен быть качественным. Он должен сопровождаться повышением доходов населения.
– У нас в реальном выражении доходы населения падают. Т. к. все "съедает" инфляция.
– Да, поэтому в основе должен быть не просто экономический рост, а качественный экономический рост. Когда доходы населения растут пропорционально росту экономики. И здесь необходимо отметить, что подавляющий показатель роста доходов (65%) – это заработные платы. Соответственно, формула: если ты хочешь повысить доходы, то необходимо повысить заработные платы.
В Казахстане 9,3 млн работников. Из них государство и квазигоссектор – 2,8 млн. МСБ – 4,8 млн работников. Остальные – крупный бизнес. Соответственно, для увеличения доходов населения необходимо увеличить заработные платы и нужно создать условия для частного бизнеса, чтобы он развивался и поднимал зарплаты. Формула очень понятна. Соответственно, мы стоим на развилке. Либо мы идем в госкапитализм и увеличиваем государственные инвестиции и т. д., либо мы создаем условия для бизнеса.
– Кто-то же может возразить, сказав, что если мы увеличим всем зарплату, то это ускорит инфляцию?
1. То, что мы можем легко производить. Необходимо в ручном режиме взять перечень производств и начать работать с ними. Те же самые офтейк-контракты.
2. То, что сложно импортозаместить. Это в первую очередь связано с НИОКР и с разработками. Здесь необходимо использовать другие механизмы и средства. Может, даже захода государства в часть уставного капитала с последующим выходом. И далее использовать офтейк-take-контракт.
3. То, что мы никогда не сможем импортозаместить. И, в принципе, не надо строить иллюзий.
Если таким образом мы разложим всю товарную номенклатуру, мы увидим те точки роста, которые нам необходимы.
Важно качество роста. Доходы населения должны расти. Основа – зарплаты, а значит, развитие бизнеса.
– Рустам Манарбекович, есть ли одно быстрое решение, которое могло бы развернуть инвестиционный цикл уже в ближайшие пару лет?
– Это не зря называется климатом. Поэтому необходимо создать дружественные условия игры для бизнеса. Нужна последовательная работа. Не надо метаться. Деньги любят тишину. Вот основные фразы. И нужно создавать условия для бизнеса. Мы, например, уделяем большое внимание вопросам цифровизации. И мы видим, что здесь можно достичь существенных качественных изменений в регуляторной среде. Я в свое время рассказывал, как мы помогали Верховному суду с созданием системы искусственного интеллекта. И она сейчас считается одной из лучших в мире.
– Спасибо за содержательный разговор!
– Спасибо!
Читайте по теме:
В Казахстане массово закрываются компании
