Однако поставить финальную точку и принять исторический законопроект, судя по всему, предстоит уже новому парламенту – Курултаю.
Крик души 30 тысяч человек
Ежегодно правоохранительные органы принимают свыше 45 тысяч заявлений, связанных с нарушением прав людей с инвалидностью. За каждой сухой строчкой в этих жалобах – крик души тех, кто оказался выброшен на обочину общественной жизни. Весомая часть этих обращений обнажает хронические проблемы неслышащих и немоговорящих граждан, пишет inbusiness.kz.
На сегодняшний день в Казахстане живут более 30 тыс. человек с нарушениями слуха и речи, и около 5 тыс. из них – дети. Для них жестовый язык – не просто альтернативный способ коммуникации, а единственный мост, связывающий их с внешним миром.
Однако в этой сфере назрел целый узел системных проблем. С одной стороны, эксперты и депутаты бьют тревогу: полноценного жестового казахского языка до сих пор не существует. Казахи вынуждены пользоваться русским жестовым языком, доставшимся в наследство от советской эпохи. Обывателю может казаться, будто язык жестов универсален, как знаки "окей" или "лайк". Но это опасное заблуждение: один и тот же жест пальцами в разных языковых культурах имеет абсолютно полярные значения.
С другой стороны, казахстанское законодательство до сих пор упорно игнорирует эту реальность, де-факто утверждая, что "такого языка просто не существует".
"В итоге десятки тысяч наших сограждан лишены базовых прав: полноценного доступа к информации, образованию, рынку труда и госуслугам. Показательный факт: сегодня в отечественных вузах обучаются всего 185 студентов с нарушениями слуха и речи. Почему так ничтожно мало? Потому что среда абсолютно не адаптирована. Катастрофически не хватает преподавателей со знанием жестового языка, нет квалифицированных ассистентов-переводчиков, а господдержка носит фрагментарный характер. Что и говорить, если в Социальном кодексе жестовый язык до сих пор не признан официальным средством межличностного общения", – отмечает депутат мажилиса Екатерина Смолякова.
Определенная доля вины лежит и на самом депутатском корпусе, ведь именно они призваны писать законы. Прояви парламентарии должную жесткость и настойчивость, они могли бы преодолеть любое вето исполнительной власти. Ответственно и правительство, годами блокировавшее финансирование жизненно необходимого законопроекта.
В результате, подчеркивает мажилисмен, жестовый язык у нас воспринимается не как самостоятельная лингвистическая система, а лишь как узкая услуга сурдоперевода – маркер болезни или инвалидности. Государство пока готово признавать лишь техническую работу переводчика.
В Казахстане на всю страну насчитывается лишь 221 сурдопедагог, обучающий детей с нарушениями слуха и речи. Этих дефицитных специалистов готовят всего в 4 вузах, причем на всех курсах сейчас обучаются скромные 35 студентов. Это даже не дефицит кадров – это кадровый вакуум.
60 часов на жизнь: кому хватит мизерного лимита?
Если Казахстан декларирует стремление построить по-настоящему инклюзивное общество, то, как подчеркивают мажилисмены, развитие доступной языковой среды на государственном жестовом языке должно стать приоритетом. Мировой опыт это доказывает: Новая Зеландия, Великобритания, Исландия, Австралия, Норвегия, Австрия, Испания, Швеция и ЮАР уже закрепили за жестовым языком государственный статус, а Финляндия и вовсе внесла его в свою Конституцию.
У нас же гражданам с нарушениями слуха выделяется всего 60 часов услуг сурдоперевода в год. Этот мизерный лимит тает за пару месяцев. А как жить оставшуюся часть года? Как ходить в поликлиники, учиться, работать, оформлять документы и решать повседневные дела? Государство буквально ограничило общественную жизнь людей с особыми потребностями шестьюдесятью часами в год, констатирует мажилисмен Айдарбек Ходжаназаров. Именно поэтому депутаты требуют немедленно пересмотреть этот норматив.
Еще одна острая проблема – информационная "блокада". По словам руководителя Казахского общества глухих Сайлаугуль Омархановой, в стране наблюдается "голод" на грамотных переводчиков и адаптированный контент. Телеканалы по закону обязаны сопровождать сурдопереводом или субтитрами лишь выпуски новостей. Но разве человеку достаточно одних новостей? Неслышащие граждане имеют полное право наравне со всеми смотреть образовательные программы, ток-шоу, кино, культурные и развлекательные передачи.
Пока же львиная доля подкастов, интервью, документальных лент, театральных постановок и музейных экспозиций остается для них за закрытой дверью. Профильным ведомствам уже поручено детально изучить возможности для кратного увеличения инклюзивного медиаконтента.
В этом направлении наметился обнадеживающий сдвиг: агентство "Хабар" совместно с Satbayev University запускают проект по автоматизации сурдоперевода с помощью искусственного интеллекта. Если технология оправдает ожидания, адаптировать телеэфир будут специализированные ИИ-аватары.
Главный же итог текущих споров таков: Парламент настоятельно рекомендовал кабмину законодательно признать казахский жестовый язык полноценным государственным языком. Только такой статус даст твердые юридические гарантии его применения в школах, больницах, судах, госучреждениях и СМИ. И это не жест благотворительности – это прямая обязанность справедливого государства.
Что делает государство?
Правительство наконец включилось в процесс и прорабатывает вопрос интеграции жестового языка в государственную систему, хотя финальный вердикт еще не озвучен. Премьер-министр Олжас Бектенов сообщил, что кабмин через дипломатические каналы детально проанализировал передовой международный опыт правового признания этого языка.
Анализ показал, что в Германии, России, США, ОАЭ, Китае и Турции этот шаг стал фундаментом для обеспечения реального равноправия граждан. В Японии, Испании, Южной Корее, Болгарии и Словакии под эти цели подвели профильную законодательную базу. А вот в Португалии, Хорватии, Швеции и Эстонии обошлись без конституционных реформ и громких законов, оперативно решив проблему через точечные отраслевые нормативные акты. Каким именно путем пойдет Казахстан, определяя новый статус казахского жестового языка, станет понятно в ближайшее время.
Глава правительства также поспешил напомнить, что в действующем законодательстве уже прописаны механизмы соцзащиты, реабилитации, инклюзивного образования и сурдоперевода. То есть, он считает, что правового вакуума в этой сфере нет.
Если обратиться к цифрам национальной образовательной базы данных (НОБД), на начало 2026 года в Казахстане зарегистрировано 237 тыс. детей с особыми образовательными потребностями. Среди них нарушения слуха диагностированы у 4576 ребят (851 ребенок имеет тотальную глухоту, 3825 – слабослышащие). Специализированное образование они получают на базе 22 спецшкол и 3 профильных детских садов.
Помощи ждут от ИИ
Определенные шаги предпринимаются и для технологического развития отечественного жестового языка. Так, национальный научно-практический центр развития специального и инклюзивного образования разработал электронный видеословарь "e-Ымдау" на казахском и русском языках с сопутствующими методическими рекомендациями. Мобильное приложение e-Ymdau делает эту наглядную базу доступной для каждого смартфона.
Кроме того, основы дактильного алфавита уже интегрированы в типовые начальные учебные программы для слабослышащих детей в рамках базовых предметов "Әліппе" ("Букварь") и "Сауат ашу" ("Обучение грамоте").
Однако система упирается в кадровый голод. По сведениям миннауки и высшего образования, профильных специалистов сегодня готовят 17 отечественных университетов. Вот только общий контингент студентов по направлению "Специальная педагогика" составляет скромные 5424 человека. Из них по госгранту учатся менее половины – всего 2087 будущих дефектологов. Это наглядное свидетельство дисбаланса в планировании кадровой политики.
В ведомстве Саясата Нурбека заверяют, что госзаказ на дефектологов растет из года в год: если в 2023/2024 учебном году выделялось лишь 477 грантов, то в 2024/2025 году их число выросло до 656, а на 2025/2026 учебный год планка поднята до 840 мест.
Премьер-министр Олжас Бектенов также делает ставку на цифровизацию. Силами ученых и студентов 107 вузов страны уже создано более 200 агентов искусственного интеллекта – от ИИ-библиотекарей и ИИ-ассистента студента до карьерных менторов и цифровых сурдопереводчиков. Да, базовый жестовый язык в них пока отсутствует, но разработчики активно движутся в этом направлении. К примеру, Медицинский университет Семей проектирует специализированное ИИ-приложение для глухонемых, а Медицинский университет Астана представил инклюзивную платформу Visual Mind.
"Принимаются меры по улучшению доступности среды, в том числе цифровых сервисов, для лиц с инвалидностью по слуху. На портале Еnbek.kz, портале социальных услуг и в Call-центре внедрен интеллектуальный чат-бот. Его функционал также учитывает потребности людей с инвалидностью. В целях расширения инклюзивных возможностей разрабатывается единый ИИ-агент, обучающий жестовому языку", – резюмировал Бектенов.
На информационном портале "Социальная защита лиц с инвалидностью" (inva.gov.kz) внедрена "Интерактивная карта доступности". На ней отображено более 20 тыс. объектов, приспособленных для граждан с нарушениями слуха.
Решение отложено до 2029 года: стремление депутатов натолкнулось на мораторий
И все же прагматичный экономический расчет затормозил ключевую инициативу парламентариев. Премьер-министр не поддержал предложение депутатов немедленно пересмотреть лимиты и увеличить объемы оплачиваемого сурдоперевода, поскольку это повлечет за собой бюджетные расходы.
Бектенов напомнил о жестком финансовом фильтре: согласно правительственному постановлению № 792 от 24 сентября 2025 года, в стране до 31 декабря 2028 года действует мораторий на выделение дополнительных средств из республиканского и местных бюджетов на новые социальные инициативы. Это означает, что данный лимит не будет увеличен как минимум до 2029 года.
Тем не менее, политическая воля очевидна: мажилис одобрил поправки о наделении жестового языка официальным статусом, аналогичную позицию занимают и в сенате. Однако из-за необходимости детального поиска источников финансирования проект уходит на согласование в кабмин. Очевидно, что действующий двухпалатный парламент 8-го созыва, завершающий работу 1 июля, физически не успеет принять этот закон. Миссия реформирования инклюзивной политики и утверждения статуса нового языка переходит к новому однопалатному парламенту – Курултаю.
Читайте по теме:
Эти ошибки в казахском языке грозят бизнесу штрафом и скандалом
